В Лавразию входили нынешняя Европа, Азия (без Индостана) и Северная Америка, в Гондвану — Южная Америка, Африка, Антарктида, Индостан и Австралия. Между Лавразией и Гонд-ваной находилась впадина древнего океана Тетис. Впоследствии Лавразия и Гондвана ненадолго соединились (Пангея), но вскоре снова разошлись и эволюционировали независимо друг от друга.
Сторонникам идеи Вегенера удалось собрать много доказательств в ее пользу. Из них, прежде всего, необходимо упомянуть сходство геологических разрезов позднепалеозойских и ранне-мезозойских пород на смежных материках (в частности, Африки, и Южной Америки, разделенных в настоящее время Южной Атлантикой). Сам Вегенер обратил внимание на следы древнего, позднепалеозойского покровного оледенения на южных материках, которое было бы невозможным, если бы Индостан, Бразилия и Африка находились в начале пермского периода на их современных местах. Поэтому Вегенер и сделал вывод, что единый южный материк Гондвана в каменноугольное и раннепермское время располагался в районе Южного географического полюса.
Сторонники гипотезы Вегенера привлекали и палеонтологические данные. Например, ископаемые остатки листозавров — пресмыкающихся, обитавших в пресных водоемах около 200 млн. лет назад, найдены в Африке, Южной Америке, а в последнее время и в Антарктиде. Невероятно, чтобы эти пресноводные или наземные животные могли проплыть тысячи километров по океану, разделявшему Африку, Южную Америку и Антарктиду, если они и тогда были разделены океаном. Остается допустить, что в то время эти материки составляли единое целое.
Биогеографы широко использовали гипотезу Вегенера, так как она позволяет объяснить множество фактов современного распространения животных и растений, не поддававшихся истолкованию с помощью других теорий. Однако «...объяснение результата не имеет смысла, если не удается установить причину», как утверждает японский геофизик С. Уэда (1980), стоящий на позициях мобилизма.